#1(36), июль 2009 года
журнал украинского истеблишмента
МЫСЛЬ
полный дайджест за месяц мировой мысли в области финансов и управления
Логин:
Пароль:
Регистрация
Напомнить пароль
журнал украинского истеблишмента
МЫСЛЬ
полный дайджест за месяц мировой мысли в области финансов и управления
О нас
Последний номер
Архив
Клуб читателей
Поиск
Мероприятия
Купить копирайт
Хочу получать бумажную версию

#1(36), июль 2009 года

Путь доллара: содержимое карманов американцев плавно перетекло в «карман» Китая

Марк ЛЭНДЛЕР, The New York Times

Обычно богатые страны ссужают бедным. На этот раз бедная страна ссужает богатым.

Найал Фергюсон

В 2005 году неприметный экономист из Принстона, ставший членом правления ФРС, предложил новую теорию, которая объясняла растущую среди американцев тенденцию брать займы на покрытие своих немалых расходов у других стран, в особенности, у Китая.

По его словам, проблема была не в том, что американцы много тратят, а в том, что иностранцы много экономят. Китай накопил столько свободных сбережений, что мог давать США займы под низкий процент и обеспечивать затраты американских потребителей.

Экономист заметил, что этот грандиозный кредитный цикл не может длиться вечно. Результаты такого рыночного явления, как переход китайских денег в Америку, могут проявиться не раньше, чем через десятилетие. А пока, сказал он, «нам остается только ждать».

Сегодня зависимость США от китайского финансирования уже не кажется такой безобидной. А Бен Бернанке, приверженец этой теории, в 2006 году стал председателем ФРС и теперь разбирается с последствиями нахлынувших из-за границы денежных потоков.

За последние десять лет Китай за счет прибыли от экспорта промтоваров вложил в американские правительственные облигации и гарантируемые правительством долговые ипотечные обязательства 1 трлн. долл. Это привело к снижению учетных ставок, потребительскому буму и вздутию рынка недвижимости США.

По словам некоторых экономистов, Китай заманил американских потребителей и их лидеров в самодовольное расточительство. «Все говорило об опасности. Мы должны были реагировать», – замечает Кеннет Рогофф, преподаватель Гарвардского университета.

Оглядываясь назад, многие экономисты заявляют: США должны были понимать, что займы за рубежом на потребительские цели и дефицитное расходование внутри страны – это не лучший вариант развития экономики. Сегодня это понимание, наконец, приходит, однако в поиске средств на восстановление экономики Штаты могут пристраститься к иностранным кредитам еще сильнее, чем прежде.

Конечно, сразу найти выход было сложно. Некоторые критики утверждают, что США могли потребовать от Пекина отказаться от политики поддержания низкого курса национальной валюты. Именно эта политика позволила снизить цену на экспортные товары и превратила Китай в ведущую промышленную державу. Если бы в последние десять лет Поднебесная позволила курсу своей валюты расти вместе со спросом на рынке, объемы экспорта, скорее всего, увеличивались бы не так быстро, и страна не накопила бы такой долларовый запас для инвестиций за границу.

Другие утверждают, что ФРС и государственное казначейство должны были увидеть в китайском финансировании мощный стимул для американской экономики, что-то вроде сокращения учетных ставок. По словам таких критиков, ФРС под началом Алана Гринспена внесла собственный вклад во вздутие цен на жилищном рынке, поскольку слишком долго оставляла учетные ставки на неоправданно низком уровне, несмотря на то, что китайское финансирование продолжало питать экономику дешевыми ссудами. Они утверждают, что ФРС должна была больше сократить учетные ставки в середине этого десятилетия и быстрее начать их увеличение, чтобы ограничить спекуляцию недвижимостью.

Сегодня, оказавшись среди руин, Бернанке выразил сожаление, что для регулирования деятельности финансовых учреждений и операторов ипотечного страхования не было сделано больше, ведь тогда пагубного наплыва финансирования, в том числе из Китая, можно было бы избежать. Однако возможности ФРС ограничивались регулированием банковской деятельности, да и самого по себе ужесточения норм было бы недостаточно, утверждает он.

«Снизить риски, которым подвергалась финансовая система, можно было, уравновесив международное движение капитала. Для этого требовалось тесное международное сотрудничество, но другие страны не проявили достаточной активности», – заявил Бернанке.

Такое бездействие имело ряд политических и экономических причин. Взаимоотношения между США и Китаем казались выгодными обеим странам. У них не было стимула отказаться от подобной политики: для Китая это была зависимость от быстрого роста экспорта, для США – от дешевого импорта и недорогих иностранных займов.

Кое-кто в Вашингтоне считал Пекин угрозой, однако страхи, в основном, были связаны с опасностью потери рабочих мест в американской промышленности. Другие утверждали, что китайские ссуды опасны, поскольку Поднебесная может в любую минуту затребовать их возврата, что приведет к панической скупке доллара.

Бернанке рассматривал потоки международного финансирования под другим углом. По его словам, Китай вкладывает средства за границу, потому что местные потребители не обладают достаточной уверенностью для расходования денег. На изменение этой ситуации уйдут годы, и она не выльется в требование к США вернуть кредиты.

«В истории с излишком мировых сбережений мы увидели обратную сторону. Казалось, весь мир против нас, и мы ничего не можем поделать», – отметил Эдвин Труман, ранее работавший в ФРС.

Однако теория Бернанке отвечает господствующей ныне рыночной идеологии невмешательства. К большому внешнеторговому дефициту и крупным заграничным займам Гринспен и администрация Буша относились как к теоретической угрозе.

Возглавив ФРС, Бернанке предупредил, что дисбаланс между двумя странами увеличивается. Однако уже тогда почти ничего нельзя было сделать. А Белый Дом до сих пор считает дисбаланс сакральным предметом, который лучше оставить экономистам.

Само по себе китайское финансирование безвредно. Американские политики любят говорить о привлекательности Штатов для иностранных инвестиций. Они вспоминают, как в 19 веке США строили железные дороги на деньги, взятые взаймы у Англии.

В последние годы Китай вызвал в Америке настоящий бум. Его дешевые товары помогали сдерживать инфляцию, а поток китайских инвестиций помогал правительству финансировать ипотечные займы и размещение государственного долга на сумму 11 трлн. долл.

Однако дешевые китайские займы не пошли на постройку железных дорог 21 века. Вместо этого правительство начало дорогостоящую войну в Ираке, а население покупало внедорожники и особняки. В обстановке дешевых кредитов, стремясь иметь большие процентные ставки, инвесторы и банки создали новые рисковые виды ценных бумаг, например, обеспеченные долговые обязательства.

«Никто не хотел отказываться от наркотика», – заявил сенатор-республиканец Линдсей Грэм, который продвигал закон о введении высоких пошлин, чтобы наказать Китай. Грэм заявил, что понимает американское пристрастие. Он говорил по телефону из супермаркета Wal-Mart в городе Андерсон, штат Южная Каролина, где скупался к Рождеству, курсируя между полками с китайскими товарами.

НОВЫЙ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ТАНЕЦ

Такая ситуация для США не в новинку. В 1980-х годах у них уже были проблемы в торговле с Японией, которая вкладывала часть прибыли от экспорта в американские правительственные облигации. Тогда во внешнеторговом дефиците многие видели угрозу экономической мощи Америки. Проблема решилась в 1985 году подписанием договора под названием «Соглашение «Плаза». Ведущие мировые державы вмешались в деятельность валютных рынков, чтобы снизить курс доллара и повысить курс японской иены.

На некоторое время это соглашение действительно замедлило рост внешнеторгового дефицита. Однако специалисты обвинили ревальвацию японской иены в остановке стремительного роста экономики Японии. Для Китая, который в то время только начинал наращивать экспорт, урок «Плазы» не прошел даром.

Китай связал себя с США даже сильнее, чем это сделала Япония. В 1995 году он провел девальвацию национальной валюты и установил фиксированный курс на уровне 8,3 юаня за доллар, который оставался неизменным на протяжении десяти лет.

Во время азиатского кризиса 1997-1998 годов Китай твердо придерживался своей валютной политики, чем снискал хвалу администрации Клинтона за помощь в сдерживании охватившей Азию девальвации. Низкий уровень оплаты труда привлекал в Китай сотни миллиардов долларов иностранных инвестиций.

К началу этого десятилетия США импортировали намного больше китайских товаров – игрушек, обуви, телевизоров с плоским экраном и автомобильных запчастей, чем со своей стороны продавали в Китай. «Доступность дешевых товаров приносила потребителям чистую прибыль. Китай однозначно сдерживал темпы роста инфляции», – отметил бывший член правления ФРС Лоренс Мейер.

И все же, согласно классической экономической теории, внешнеторговый дефицит не мог существовать долгое время, не разрушая при этом американскую экономику. Это было возможно лишь потому, что Китай снова вкладывал часть прибыли в США.

Он делал это в своих интересах. Для обеспечения финансовой стабильности Китай держал банки и национальную валюту под строгим государственным контролем. Большую часть прибыли от внешней торговли и инвестирования компании и частные лица должны были хранить в банках, принадлежащих государству.

Со стремительным ростом внешней торговли этот долларовый запас достиг просто чудовищных размеров. Если в 2000 году он составлял всего 200 млрд. долл., то сегодня – уже около 2 трлн. долл. Китай разместил эти средства в надежных ценных бумагах, обеспеченных американским правительством, включая казначейские облигации и долговые обязательства компаний Fannie Mae и Freddie Mac.

Это позволило продолжить финансирование внешнеторгового дефицита. Более того, повышение спроса на американские ценные бумаги дало возможность опустить учетные ставки. Многие годы китайское правительство скупало долговые обязательства США с прибыльностью, которую многие считали слишком низкой.

Связь между США и Китаем стала настолько тесной, что специалист по финансовой истории Найал Фергюсон окрестил их «Химерикой».

НА ЦЫПОЧКАХ ПЕРЕД ПАРТНЕРОМ

В положении сиамских близнецов оба государства видели и отрицательные стороны, но по совершенно разным причинам.

В США большее беспокойство вызывали дешевые товары, чем недорогие займы. В 2003 году наплыв экспорта из Китая в Америку продолжал расти, и Конгресс решил принять меры. Сенаторы Грэм и Шумер от Демократической партии внесли законопроект, который угрожал китайским товарам пошлиной в 27%. «К нам было приковано внимание и Белого Дома, и Пекина», – вспоминает Грэм.

Кроме того, в конце 2004 года Народный банк Китая пришел к консенсусу: страна должна разорвать прочную связь с долларом, что увеличит стоимость экспортируемых товаров. Влиятельный экономический консультант Ю Дин уверял, что внешнеторговый и бюджетный дефицит неустойчив, и для Китая было бы ошибкой продолжать искусственно сдерживать рост национальной валюты, чересчур полагаясь на доходы от дешевого экспорта.

Китайские сторонники ревальвации утверждали, что валютная политика государства лишает потребителей плодов процветания. Пекин вкладывает сбережения в американские правительственные ценные бумаги с малой доходностью. А при низком валютном курсе Китай не сможет позволить себе большие объемы импорта.

Среди прочих значительную ревальвацию поддерживал и Чжао Сяо Чуань, член правления центробанка, владеющий английским языком.

В 2005 году под сильным давлением Конгресса и Белого Дома Пекин начал менять свою валютную политику, но действовал он очень осторожно. Юаню позволили подняться только на 2%. После десяти лет стремительного роста компартия предпочитала вносить поправки в экономическую модель поэтапно. Однако это мало что изменило:  китайский экспорт неуклонно увеличивался, а китайские инвестиции наводняли сталелитейные заводы и швейные фабрики.

Затем США ослабили давление. Они сосредоточились на том, чтобы убедить китайских потребителей тратить больше сбережений, что, как они надеялись, уравновесит положение двух держав. Во время поездки в Пекин министр финансов Джон Сноу даже предлагал китайцам начать пользоваться кредитными картами.

Поднебесная запустила свою кампанию, чтобы поощрить внутреннее потребление, которое должно было стать новым источником государственных доходов. Однако китайцы продолжали копить почти с таким же рвением, с каким американцы тратили. Лишившись системы социальной защиты коммунистического государства, люди стали запасаться средствами на лечение, жилье и старость.

В частном порядке китайские чиновники признавались гостям из Америки, что они не достигли больших успехов. «Изменить удачные модели нелегко. Американцы любят говорить: это хорошо работало, но теперь все надо изменить», – заявляет Роберт Зеллик, который в качестве заместителя госсекретаря вел переговоры с Китаем.

Бывший сотрудник казначейства Тимоти Адамс пытался возложить функции по надзору над валютными манипуляциями Китая на МВФ, что придало бы давлению на Пекин всемирный характер. Однако в 2006 году, когда пост министра финансов занял Генри Полсон, Фонд вывели из игры, и чиновник взял политику Китая под свой контроль.

Должность его не стесняла. Как инвестиционный банкир Goldman Sachs, Полсон побывал в 70 командировках в Китае. «Я оказывал сильное давление на валютную политику. Для Китая очень важно, чтобы курс его валюты устанавливал рынок», – заявил Полсон. И все же он признает, что так и не добился желаемого результата.

В конце 2006 года Полсон пригласил Бернанке сопровождать его в поездке в Пекин. Бернанке воспользовался возможностью для выступления в Китайской академии социальных наук с резкой речью, в которой советовал Пекину изменить экономическую политику и провести ревальвацию национальной валюты. Однако в последнюю минуту Бернанке перестал называть валютный курс «эффективной субсидией» для китайского экспорта, опасаясь, что это может быть использовано в качестве предлога для судебного иска против Китая.

Критики обнаружили одну закономерность: в своих отчетах, подаваемых в государственное казначейство два раза в год, Конгресс ни разу не обвинил Китай в валютных манипуляциях.

«Мы ходим на цыпочках, стараясь не рассердить и не обидеть Китай. Однако чтобы добиться реальных результатов, нужно не бояться идти на конфликт», – заявила Тея Ли, директор по государственной политике профсоюзного объединения «Американская федерация труда – Конгресс производственных профсоюзов».

МЕРТВАЯ ХВАТКА

Для Китая этот кризис также стал часом расплаты. Американцы покупают меньше китайских DVD-плееров и микроволновых печей. Торговля рушится, и тысячи рабочих теряют свои места. Общественные волнения наводят ужас на руководство Китая.

В 2005 году китайское правительство позволило курсу женьминьби немного подняться и теперь столкнулось с внутренним давлением снова его понизить. Благосостояние Китая остается привязанным к благосостоянию США. Впрочем, верно и обратное.

В Вашингтоне, в застекленном зале одного обычного офисного здания, казначейство почти ежедневно проводит аукционы по продаже правительственных облигаций на миллиарды долларов. На полке красуется старинная армейская каска: говорят, что, разбирая заявки, жизнерадостные сотрудники надевают ее себе на голову.

В последние годы Китай был одним из самых активных покупателей. Сегодня он владеет казначейскими облигациями на 652 млрд. долл., тогда как в прошлом году эта сумма составляла 459 млрд. Если добавить к этому облигации Fannie Mae и все остальные авуары, то, по подсчетам аналитиков, Китаю принадлежит один из каждых десяти долларов государственного долга США.

Сегодня, чтобы изыскать 700 млрд. долл. для своей программы экстренной финансовой помощи, казначейство проводит еще больше аукционов, чем когда-либо прежде. Однако для финансирования программы стимулирования, недавно созданной администрацией Обамы, и этого будет недостаточно. По словам экономистов, США попадают в зависимость от того, станет ли Китай и дальше скупать их долговые обязательства, увековечив пристрастие американцев.

Тем не менее, Полсон продолжает считать дебаты по мировому дисбалансу чистейшей теорией. Он выразил сомнение в том, что Бернанке или кто-нибудь другой мог решить эту проблему еще на стадии зарождения. «Я понял только одно: радикальные изменения или реформы бывают только во время кризиса», – отметил он.


К содержанию



Как не упустить возможность возглавить компанию

Прощальный жест великого СЕО

Как правильно перейти к новым обязанностям

Эпоха сложных систем и легких денег

Идиоты всея Вселенной

Конец эры золотого тельца

Оценка глобальных рисков

В 2009 году мировой экономике придется туго

Тернистый путь к оздоровлению

Триумфальное возвращение Джона Мейнарда Кейнса

Наступила ли уже глобальная стаг-дефляция?

Инфляция как меньшее зло

Нереальность «реального» делового цикла

Аргументы в защиту налогово-бюджетного стимулирования

Финансовый кризис эпохи постмодерна

Китай и мировой финансовый кризис

Путь доллара: содержимое карманов американцев плавно перетекло в «карман» Китая

Спасет ли Китай мировую экономику

Взаимоотношения, укрепленные кризисом

Истоки проблем были видны заранее

Восточную Европу могут спасти совместные действия

Что правильно и что неправильно в оказании помощи банкам

По Европе катится эпоха бунтов и беспорядков

Хлопая европейской дверью

Преступление века

Учимся у Америки

Вэнь и Путин читают нотации западным лидерам

Почему 'Человек давосский' ждет спасения от Обамы

«Оценивайте полезность проекта по степени своего страха перед ним»

© 2006 www.idea-magazine.com.ua
"Мысль" приветствует републикации своих материалов с обязательной ссылкой на источник в виде текстовой строки вида
“Источник www.idea-magazine.com.ua” и ссылки на данный cайт.
строители профессиональный ремонт квартир бесплатные объявления