#3(55), март 2014 года
журнал украинского истеблишмента
МЫСЛЬ
полный дайджест за месяц мировой мысли в области финансов и управления
Логин:
Пароль:
Регистрация
Напомнить пароль
журнал украинского истеблишмента
МЫСЛЬ
полный дайджест за месяц мировой мысли в области финансов и управления
О нас
Последний номер
Архив
Клуб читателей
Поиск
Мероприятия
Купить копирайт
Хочу получать бумажную версию

#3(55), март 2014 года

Как российская экономика заплатит за имперскую политику в Крыму

Сергей ГУРИЕВ, Prodject Syndicate

Дискуссия вокруг Крыма больше не фокусируется на вопросах международного права: Президент России Владимир Путин публично признал, что не чувствует себя чем-то обязанным следовать его нормам– и что Президента не волнует, считает ли остальной мир действия России незаконными. Главный вопрос сегодня – это выдержит ли российская экономика бремя путинской политики в отношении Украины.
Независимо от реакции Запада на Крымский кризис, экономический ущерб для России будет огромным.
Во-первых, нужно учесть прямые издержки на проведение военных операций и поддержку властей Крыма и его неэффективной экономики, которая много лет субсидировалась правительством Украины. Учитывая неопределенность вокруг будущего статуса Крыма, эти затраты оценить трудно, скорее всего, речь идет о нескольких  миллиардах долларов в год.
Это нетривиальные, но не критические суммы – менее 0,5% ВВП России. Очевидно, что страна, которая потратила $50 млрд на Олимпиаду в Сочи и планирует потратить еще больше на Чемпионат мира по футболу в 2018 году, может себе это позволить. Совсем недавно российское правительство готово было одолжить $15 млрд экс-президенту Украины Виктору Януковичу – а также предоставить Киеву около $8 млрд. в год в форме низких цен на газ.


Второй источник проблем – это торговые и инвестиционные санкции. Хотя пока непонятно, какие именно санкции будут введены, их эффект может быть существенно больше непосредственных издержек на поддержку Крыма. Приток прямых иностранных инвестиций в Россию достиг в 2013 году $80 млрд. Серьезное снижение ПИИ, которые приносят не только деньги, но и современные технологии и управленческие навыки ударит по долгосрочным перспективам экономического роста в России. А если российским банкам и компаниям будет закрыт доступ к банковской системе США (и, возможно, Европы) – такие санкции действуют в отношении Ирана – последствия будут катастрофическими.
В краткосрочной перспективе, однако, важнее эффект не инвестиционных, а торговых санкций. Речь идет о суммах совсем другого порядка: объем экспорта достигает почти $600 млрд. в год, а годовой объем импорта – почти $500 млрд. Поэтому если будут введены реальные, а не декларативные санкции (например, против российских компаний и финансовых институтов), это обойдется российской экономике гораздо дороже прямых расходов на поддержку Крыма. Конечно, санкции ударят и по торговым партнерам России. Но Россия больше зависит от Запада, чем Запад от России – и поэтому больше пострадает и от санкций.


Но и это не самая большая проблема. Главный удар по экономике нанесет окончательное расставание с иллюзиями о рациональности российской власти. Представители российского и зарубежного бизнеса всегда были обеспокоены непредсказуемостью политического руководства страны. Отсутствие доверия к российской власти стало основной причиной оттока капитала, низких цен на активы, снижения инвестиций и замедления экономического роста. Кризис вокруг Крыма, безусловно, приведет к еще большим проблемам именно в этой сфере.
Реакция России на события в Украине превзошла самые худшие ожидания – даже тех, кто и раньше сомневался, находится ли Путин, по выражению канцлера Ангелы Меркель, “в контакте с реальностью.” Крымский кризис уничтожил весь репутационный капитал, только что приобретенный благодаря Сочи или недавнему помилованию Михаила Ходорковского и участников Pussy Riot.
Готовность жертвовать недавними достижениями показывает, что крымский проект не был заранее и хорошо спланирован и продуман. Напротив, с начала кризиса российские лидеры неоднократно делали противоречивые заявления, отменяли ранее принятые решения,  отказывали признавать легко проверяемые факты. Все это указывает на то, что политическое руководство России не имеет стратегии и не предвидит последствий своих решений. Неудивительно, что даже сторонники Кремля признают, что Путин “импровизирует.”


Это показывает, что такое важное решение – нарушающее нормы международного права и влекущее за собой существенные риски политической и экономической изоляции – было принято узким кругом лиц без обсуждения и анализа возможных последствий. Например, Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко объявила, что Россия не будет посылать свои войска в Украину – всего за два дня до того, как Совет Федерации единогласно разрешил Путину сделать именно это. Матвиенко – один из 12 постоянных членов российского Совета безопасности, который должен обсуждать такие вопросы.
Независимо от того, движут ли Кремлем иррациональные мотивы или просто отсутствие адекватной информации, его действия в Крыму дают четкий сигнал инвесторам: российское руководство абсолютно непредсказуемо. Это еще больше увеличит отток капитала, причем в самое неподходящее время. Локомотив посткризисного роста экономики – основанный на кредитовании рост потребления расходов – уже выдохся. Поэтому для дальнейшего роста нужны инвестиции.  В России есть огромные возможности для инвестиционного роста. Инвестиции по-прежнему ниже своего пика, достигнутого в 2008 году. Но плохой бизнес-климат, в том числе всевластие бюрократии, коррупция и экспансия государственных компаний, подрывают стимулы российских и иностранных инвесторов к запуску новых проектов или расширению существующих. Осознание того, что Путин, по словам той же Ангелы Меркель, перешел в “другой мир”, серьезно ухудшит ситуацию.


Заметят ли россияне экономические издержки крымского кризиса?
Рост ВВП уже замедлился и может смениться спадом. Фондовый рынок уже упал и может упасть еще больше. Конечно, фондовый рынок не играет важной политической роли в России; большинство россиян даже не следит за рыночными индексами. Но увеличение оттока капитала повлияет и на то, о чем простые граждане хорошо знают и всегда беспокоются –  на курс рубля.
В понедельник 4 марта после начала операции в Крыму, российский ЦБ потратил $11,3 млрд., чтобы поддержать рубль. Такая поддержка не может продолжаться бесконечно. ЦБ объявил о переходе к инфляционному таргетированию и плавающему курсу рубля. Это означает, что валютный курс будет отражать ожидания рынка относительно цен на нефть и будущего оттока капитала.
Поэтому опасения инвесторов по поводу “потерявшего связь с реальностью” президента грозят не только возможным снижением ВВП, но также и практически немедленным ослаблением рубля.  Этот эффект все россияне заметят очень скоро – и в обменных пунктах, и на ценниках  импортных товаров. А вот смогут ли они вернуть своего президента из «другого» в «этот» мир – уже другой вопрос.


К содержанию


Как российская экономика заплатит за имперскую политику в Крыму

Потеряет ли МВФ Украину?

Как сорвать планы Путина

«Майн Кампф» Путина

© 2006 www.idea-magazine.com.ua
"Мысль" приветствует републикации своих материалов с обязательной ссылкой на источник в виде текстовой строки вида
“Источник www.idea-magazine.com.ua” и ссылки на данный cайт.
строители профессиональный ремонт квартир бесплатные объявления